Бессмертный Дмитрий Константинович, аспирант, гематолог отделения химиотерапии гемобластозов и депрессий кроветворения с блоком трансплантации костного мозга и гемопоэтических стволовых клеток
125167, г. Москва
Dmitry K. Bessmertnyy, postgraduate student, hematologist, Department of hemablastosis and hematopoietic depression chemotherapy with bone marrow and hematopoietic stem cell transplantation unit
125167, Moscow
Лукьянова Ирина Анатольевна, кандидат медицинских наук, заведующая дневным стационаром онкологии и химиотерапии гемобластозов и депрессий кроветворения
125167, г. Москва
Irina A. Lukyanova, Cand. Sci. (Med.), Hematologist, head of the Day hospitalof oncology and chemotherapy of hemoblastosis and hematopoietic depressions
125167, Moscow
Троицкая Вера Витальевна, доктор медицинских наук, первый заместитель генерального директора, гематолог отделения химиотерапии гемобластозов и депрессий кроветворения с блоком трансплантации костного мозга и гемопоэтических стволовых клеток
125167, г. Москва
Vera V. Troitskaya, Dr. Sci. (Med.), Hematologist, First Deputy General Director
125167, Moscow
Фидарова Залина Таймуразовна, кандидат медицинских наук, заведующая отделением химиотерапии гемобластозов и депрессий кроветворения с блоком трансплантация костного мозга и гемопоэтических стволовых клеток
125167, г. Москва
Zalina T. Fidarova, Cand. Sci. (Med.), Hematologist, head of Department of hemablastosis and hematopoietic depression chemotherapy with bone marrow and hematopoietic stem cell transplantation unit
125167, Moscow
Кашлакова Анастасия Игоревна, гематолог отделения химиотерапии гемобластозов и депрессий кроветворения с блоком трансплантации костного мозга и гемопоэтических стволовых клеток
125167, г. Москва
Anastasia I. Kashlakova, hematologist, Department of hemablastosis and hematopoietic depression chemotherapy with bone marrow and hematopoietic stem cell transplantation unit
125167, Moscow
Куликов Сергей Михайлович, кандидат технических наук, начальник информационно–аналитического отдела
125167, г. Москва
Sergei M. Kulikov, Cand. Sci. (Tech.), head of Information and Analytics Division
125167, Moscow
Афанасов Артемий Олегович, онколог отделения химиотерапии гемобластозов и депрессий кроветворения с блоком трансплантации костного мозга и гемопоэтических стволовых клеток
125167, г. Москва
Artemii O. Afanasov — Oncologist, Department of hemablastosis and hematopoietic depression chemotherapy with bone marrow and hematopoietic stem cell transplantation unit
125167, Moscow
Паровичникова Елена Николаевна, доктор медицинских наук, генеральный директор
125167, г. Москва
Elena N. Parovichnikova, Dr. Sci. (Med.), CEO
125167, Moscow
Введение. Достижение полной ремиссии и увеличение бессобытийной выживаемости является приоритетной задачей химиотерапевтического лечения больных острыми миелоидными лейкозами (ОМЛ). Возможным способом сохранения полной ремиссии является поддерживающая терапия.
Цель работы — сравнение двух вариантов поддерживающего лечения («5+5» и «6-МР + Mtx») у больных ОМЛ в впервой полной ремиссии после завершения программы индукции и консолидации.
Материалы и методы. В одноцентровое рандомизированное исследование с 2017 по 2021 г. были включены 34 больных ОМЛ. Медиана возраста 36 (18–56) лет, соотношение мужчин к женщинам 18:16. После завершения индукции и консолидации проводили рандомизацию на разные ветки поддерживающей химиотерапии: «5+5» (цитарабин 50 мг/м 2 2 р/сут, меркаптоурин 60 мг/м 2 дни 1–5, суммарно 6 курсов) — первая группа рандомизации (18 больных), и «6-МР + Mtx» (6-меркаптопурин 50 мг/м 2 ежедневно, метотрексат 15 мг/м 2 раз в неделю) — вторая группа рандомизации (16 больных). Поддерживающую терапию проводили до полного завершения лечения, выполнения трансплантации аллогенных гемопоэтических стволовых клеток (алло-ТГСК), развития рецидива или смерти больного.
Результаты. Двухлетняя общая выживаемость (ОВ) в группе «5+5» составила 93 %, в группе «6-МР + Mtx» 68 % (p = 0,0814). Летальность в обеих группах была связана с осложнениями в посттрансплантационном периоде. Фактическая ОВ и расчетная, т. е. без выполнения алло-ТГСК, не отличались. Факт выполнения алло-ТГСК не влиял существенно на эффективность поддерживающей терапии. Двухлетняя безрецидивная выживаемость (БРВ) составила 66 % в группе «5+5» и 63 % в группе «6-МР + Mtx» (p = 0,42). С момента рандомизации у 8 (24 %) больных развился рецидив, 1 больная умерла от осложнений после алло-ТГСК.
Заключение. При лечении по программам поддерживающей терапии «5+5» и «6-МР + Mtx» достигнуты близкие ОВ и БРВ. При проведении химиотерапии по программе «5+5» требуется госпитализация в дневной стационар. Схема «6-МР + Mtx» обладает схожей эффективностью, однако весь период лечения может быть проведен амбулаторно в течение 24 мес. по сравнению с 6 мес. при использовании схемы «5+5». Выбор схемы поддерживающей терапии по программе «5+5» является оптимальным с точки зрения качества жизни больных.
Introduction. Achieving complete remission and prolonging event-free survival is the primary task of chemotherapeutic treatment for patients with acute myeloid leukemia (AML). Supportive therapy is a possible way to maintain complete remission.
Aim: to compare two variants of supportive treatment (5+5 and 6-MP + Mtx) in patients with AML in the first complete remission after completion of the induction and consolidation programs.
Materials and methods. The single-center randomized study included 34 AML patients treated from 2017 to 2021. The median age was 36 (18–56) years, the ratio of men to women was 18:16. After completing the induction and consolidation program, randomization was performed for different branches of supportive chemotherapy: 5+5 (cytarabine 50 mg/m2 2 times/day, mercaptopurine 60 mg/m2 days 1–5, a total of 6 courses) — first group (18 patients), and 6-MR + Mtx (6-mercaptopurine 50 mg/m2 daily, methotrexate 15 mg/m2 once/week) — second (16 patients). Courses of maintenance therapy were conducted until the total completion of treatment, the implementation of allogenic hematopoietic stem cell transplantation (allo-HSCT), the development of relapse, or death of the patient.
Results. The two-year overall survival in the 5+5 group was 93 %, in 6-MP + Mtx group 68 % (p = 0.0814). Mortality in both groups was associated with complications in the post-transplant period. The actual OS and the hypothetical one — without performing allo-HSCT, did not differ. Thus, the fact of performing allo-HSCT does not affect the effectiveness of maintenance therapy courses. The two-year disease-free survival rate (DFS) was 66 % in the 5+5 group and 63 % in the 6-MP + Mtx group (p = 0.42). From the time of randomization, 8 patients (24 %) have relapsed and 1 patient died from complications after allo-HSCT.
Conclusion. During treatment under the maintenance therapy programs 5+5 and 6-MP+Mtx, similar OS and RFS were achieved. During 5+5 program, hospitalization in a day hospital is required. The 6-MP+Mtx program has similar effectiveness, however, the entire period of supportive treatment can be carried out on an outpatient basis but lasts 24 months compared to 6 months when using the 5+5 program. The choice of maintenance therapy according to the 5+5 program is optimal from the point of view of the quality of life of patients.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.