Preview

Гематология и трансфузиология

Расширенный поиск

ЭФФЕКТИВНОСТЬ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ОЛИГОНУКЛЕОТИДА DSP30 В СОЧЕТАНИИ С ИНТЕРЛЕЙКИНОМ-2 ДЛЯ ВЫЯВЛЕНИЯ ХРОМОСОМНЫХ АБЕРРАЦИЙ У БОЛЬНЫХ ХРОНИЧЕСКИМ ЛИМФОЛЕЙКОЗОМ

https://doi.org/10.35754/0234-5730-2019-64-1-21-34

Полный текст:

Аннотация

Цель работы — оценить эффективность использования DSP30 в сочетании с IL2 при культивировании клеток крови/костного мозга/лимфоузла больных хроническим лимфолейкозом (ХЛЛ) для выявления клональных нарушений кариотипа.

Материалы и методы. В исследование были включены 50 больных ХЛЛ. Всем больным выполнено стандартное цитогенетическое исследование (СЦИ) (46 больных — с DSP30 + IL2 и LPS + TPA; 4 больных — только с DSP30 + IL2) и FISH с ДНК-зондами для выявления трисомии 12, делеций 13q14, 11q22, 17p13.

Результаты. При культивировании с DSP30 + IL2 и LPS + TPA СЦИ успешно выполнено 41 (82 %) и 38 (83 %) больным: аберратный кариотип — у 36 (72 %) и 15 (33 %), комплексные нарушения кариотипа — у 13 (26 %) и 5 (11 %) соответственно. Выявлено достоверное различие между количеством метафаз с хромосомными аномалиями, полученными при культивировании с DSP30 + IL2 и LPS + TPA (V = 490,5, p < 0,05). У 6 больных при СЦИ выявлены сбалансированные транслокации, у 4 из них — с вовлечением локуса IgH/14q32, подтвержденные FISH, у 11 — несбалансированные транслокации, у 6 — сочетания транслокаций. В 5 случаях выявленные при FISH делеции 13q14, 11q22, 17p13 по результатам СЦИ сопровождались сбалансированными/несбалансированными транслокациями в этих локусах. Несбалансированная t(12;16)(q14;q23) — случай частичной трисомии — выявлена только при культивировании с DSP30 и IL2.

Заключение. Частота выявления аберрантного кариотипа у больных ХЛЛ более чем в два раза выше при культивировании с DSP30 + IL2, чем с LPS + TPA. СЦИ является важным методом, позволяющим уточнять структуру хромосомных нарушений, в частности выявлять транслокации и выделять группу больных самого высокого риска ХЛЛ — с комплексными нарушениями кариотипа для определения тактики их лечения.

Для цитирования:


Кислицына М.А., Обухова Т.Н., Алимова Г.А., Шишигина Л.А., Гребенюк Л.А., Абрамова Т.В., Горячева С.Р., Моисеева Т.Н. ЭФФЕКТИВНОСТЬ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ОЛИГОНУКЛЕОТИДА DSP30 В СОЧЕТАНИИ С ИНТЕРЛЕЙКИНОМ-2 ДЛЯ ВЫЯВЛЕНИЯ ХРОМОСОМНЫХ АБЕРРАЦИЙ У БОЛЬНЫХ ХРОНИЧЕСКИМ ЛИМФОЛЕЙКОЗОМ. Гематология и трансфузиология. 2019;64(1):21-34. https://doi.org/10.35754/0234-5730-2019-64-1-21-34

For citation:


Kislitsyna M.A., Obukhova T.N., Alimova G.A., Shishigina L.A., Grebenyuk L.A., Abramova T.V., Goryacheva S.R., Moiseeva T.N. EFFICACY OF OLIGONUCLEOTIDE DSP30 IN COMBINATION WITH INTERLEUKIN-2 FOR THE DETECTION OF CHROMOSOMAL ABERRATIONS IN PATIENTS WITH CHRONIC LYMPHOCYTIC LEUKEMIA. Russian journal of hematology and transfusiology. 2019;64(1):21-34. (In Russ.) https://doi.org/10.35754/0234-5730-2019-64-1-21-34

Введение

На долю хронического лимфолейкоза (ХЛЛ) при­ходится около четверти случаев всех лейкозов и неходжкинских лимфом среди взрослого населения европейских стран [1]. ХЛЛ отличается гетерогенно­стью клинических проявлений — от бессимптомного или медленно прогрессирующего до агрессивного течения с показаниями к началу специфической терапии [1, 2]. Для стратификации больных на группы риска и определения подходов к лечению применяются раз­личные параметры: системы стадирования по Binet и Rai, возраст, время удвоения абсолютного количе­ства лимфоцитов, концентрация р2-микроглобулина, экспрессия CD38 и ZAP70, мутации генов тяже­лых цепей иммуноглобулинов (мутационный статус) и цитогенетические нарушения [1, 3]. В клинической практике используется международный прогностиче­ский индекс (МПИ, CLL-IPI), для которого необходи­мо исследование делеции 17р13/ТР53. Однако, соглас­но рекомендациям международной рабочей группы по исследованию ХЛЛ (iwCLL), для оценки прогноза важно использовать данные о других генетических на­рушениях [1].

Применение флюоресцентной гибридизации in situ (FISH) с использованием ДНК-зондов к локусам из­вестных хромосомных аберраций позволяет выяв­лять хромосомные нарушения у 80 % больных ХЛЛ. Наиболее часто встречающимися хромосомными аберрациями являются делеция 13q14 — 51—57 % случаев, делеция 11q22/ATM — 12—20 %, трисомия хромосомы 12 — 16 %, делеция 17р13/ТР53 — 7 % [4, 5]. В 2000 г. Dohner и соавт. [5] предложили иерар­хическую прогностическую модель ХЛЛ на основа­нии анализа общей выживаемости больных с харак­терными хромосомными аберрациями, выявленных при FISH-исследовании. Медиана общей выживае­мости в группе с делецией 17р составила 32 месяца, с делецией 11q — 79 месяцев, с трисомией хромосо­мы 12 — 114 месяцев, с отсутствием аберрацией — 111 месяцев, с изолированной делецией 13q — 133 ме­сяца [5]. На сегодняшний день иерархическая модель ХЛЛ сохраняет свою актуальность [6]. Однако изме­нения кариотипа при ХЛЛ не ограничиваются этими хромосомными нарушениями.

Выявление хромосомных аберраций при ХЛЛ с по­мощью стандартного цитогенетического исследования (СЦИ) затруднено в связи с крайне низкой митоти­ческой активностью опухолевых В-лимфоцитов [7]. Применение стандартных стимуляторов деления В-лимфоцитов, таких как липополисахарид (LPS) и 12-0-тетрадеканоилфорбол-13-ацетат (TPA), незна­чительно увеличивает количество делящихся опухо­левых клеток. Клональные хромосомные аберрации выявляются не более чем у половины больных [7—9].

В исследованиях Decker и соавт. [10] было показа­но иммуностимулирующее влияние на деление клеток ХЛЛ CpG-олигонуклеотида DSP30 за счет актива­ции внутриклеточных сигнальных путей, приводящей к пролиферации опухолевых В-клеток, продукции цитокинов, секреции иммуноглобулина на поверхности клетки и экспрессии таких молекул, как CD25, CD80, CD86. Увеличение на мембране клеток ХЛЛ костимулирующих молекул CD80, CD86 приводит к актива­ции Т-лимфоцитов, которые способствуют формиро­ванию специфического микроокружения опухолевых В-лимфоцитов [11]. Молекула CD25 представляет собой вариабельный домен комплекса рецептора к ин­терлейкину-2 и определяет высокое сродство к этому цитокину. Добавление интерлейкина-2 (IL-2) при сти­муляции клеток CpG-олигонуклеотидом DSP30 уси­ливает пролиферацию клеток ХЛЛ [10, 12].

В ряде клинических исследований была показана эффективность использования сочетания CpG-DSP30 и IL-2 в качестве стимулятора деления В-лимфоцитов для исследования кариотипа больных ХЛЛ [4, 13]. В исследовании Haferlach и соавт. [4] при стиму­лировании DSP30 и IL-2 СЦИ успешно выполнено 98 % больным, из них аберрантный кариотип выявлен в 83 % случаев и комплексные нарушения кариоти- па (3 и более хромосомных нарушения) обнаружены в 21 % случаев. Результаты наших предыдущих иссле­дований и данные литературы свидетельствуют о неза­висимом неблагоприятном прогностическом значении комплексных нарушений кариотипа [9, 14, 15].

Наличие делеции 17р13/ТР53 является неблаго­приятным прогностическим фактором. Потеря гена ТР53, выявляемая при FISH-исследовании у боль­ных ХЛЛ, коррелирует с коротким временем до на­чала терапии, низкой общей выживаемостью и рези­стентностью к стандартной иммунохимиотерапии [16—18]. Применение новых таргетных препаратов, таких как ибрутиниб и венетоклакс, улучшает эффек­тивность лечения больных с делецией 17р13 [19—21]. В ряде исследований показана высокая ассоциация делеции 17р с комплексным кариотипом: в 65—80 % случаев делеция 17р выявляется в составе комплекс­ного кариотипа [4, 14]. Однако в исследовании Thomp­son и соавт. [14] многофакторный анализ результатов лечения ибрутиниб-содержащими схемами больных с резистентным и рецидивирующим течением ХЛЛ показал независимое негативное влияние на бессо- бытийную и общую выживаемость комплексного кариотипа вне зависимости от наличия делеции 17р, выявленной при FISH-исследовании. В работе Ander­son и соавт. [22] показано, что комплексный кариотип является доминирующим фактором риска прогрессии ХЛЛ у больных при лечении венетоклаксом.

Ряд исследователей выделяет в отдельную группу риска больных ХЛЛ с выявленными при кариотипировании транслокациями [15, 23, 24]. В работе Mayr и соавт. [25] впервые было показано, что наличие лю­бых транслокаций неблагоприятно влияет на течение ХЛЛ. Транслокации встречаются примерно у 30 % больных ХЛЛ как в составе комплексного кариотипа, так и в виде единственного нарушения [15, 23, 24]. В кариотипе они могут быть представлены в виде сбалансированных и несбалансированных трансло­каций. [26]. В составе комплексного кариотипа чаще встречаются несбалансированные транслокации. В исследовании Rigolin и соавт. [24] было выявле­но, что несбалансированные транслокации влияют на общую выживаемость и время до начала терапии у больных ХЛЛ.

Особое внимание среди сбалансированных пере­строек занимают транслокации с вовлечением генов тя­желой цепи иммуноглобулинов (IGH) в регионе 14q32. Данные транслокации встречаются в 5—7 % случаев ХЛЛ и ассоциируются с неблагоприятным прогнозом. По мнению авторов, больные с транслокациями IGH представляют собой отдельную группу с морфологи­ческими особенностями, такими как плазматизация цитоплазмы опухолевых лимфоцитов и наличие про­лимфоцитов [26—28].

Таким образом, актуальным остается исследование кариотипа больных ХЛЛ для изучения спектра и ча­стоты встречаемости отдельных хромосомных анома­лий и выявления комплексных нарушений кариотипа для формирования групп риска и разработки индиви­дуальных подходов к лечению.

Целью настоящей работы являлась оценка эффек­тивности использования DSP30 в сочетании с IL2 при культивировании клеток крови/костного мозга/ лимфоузла больных ХЛЛ для выявления клональных нарушений кариотипа.

Материалы и методы

В исследование включены 50 больных ХЛЛ, наблю­давшихся в ФГБУ НМИЦ гематологии Минздрава России в период с марта 2016 по декабрь 2017 г.: 34 муж­чины и 16 женщин в возрасте от 35 до 86 лет (медиа­на возраста — 58 лет). Диагноз ХЛЛ был установлен на основании данных проточной цитометрии. На опу­холевых клетках выявлялась экспрессия CD5, CD19, CD23, слабая экспрессия CD20 и поверхностного им­муноглобулина. СЦИ и флюоресцентная гибридиза­ция in situ (FISH) выполнены 31 больному до начала терапии и 19 больным, получавшим лечение, с рези­стентным и рецидивирующим течением заболевания. Всем 50 больным выполнено СЦИ и FISH.

СЦИ. При культивировании в 39 случаях исследо­вали клетки периферической крови, в 10 — клетки костного мозга, в 1 — клетки биоптата лимфоузла. Клетки культивировали в питательной среде RPMI 1640 с добавлением эмбриональной телячьей сыво­ротки в соотношении 4:1, L-глутамина в конечной концентрации 0,584 мг/мл, антибиотика гентами- цина в конечной концентрации 0,28 мг/мл с двумя комбинациями митогенов: (1) DSP30 + IL2 — имму­ностимулятором деления олигонуклеотидом DSP30 в конечной концентрации 2 нмоль/мл (TibMolBiol, Германия) и 200 Ед/мл интерлейкином-2 (IL2, Sigma- Aldrich, США) (DSP30 + IL2); (2) LPS + TPA — стиму­лятором деления В-лимфоцитов липополисахаридом LPS E.coli (SIGMA, США) в конечной концентрации 0,01мг/мл и ТРА в конечной концентрации 0,01 нг/мл (SIGMA, США). Культивировали при температуре 37 °С в течение 72 часов, последние 17 часов с добавле­нием колцемида (KaryoMAX, Gibco, США) 0,15 г/мл среды. Обработку гипотоническим раствором, фик­сацию клеток и приготовление препаратов хромосом проводили по стандартной методике. 46 больным были выполнены 2 серии постановки культур, 4 больным — только с DSP30 и IL2. G-дифференциальную окраску хромосом осуществляли по методике Seabright, 1971 г. [29] с модификациями. Кариотип описывали в соот­ветствии с Международной цитогенетической номен­клатурой ISCN, 2016 [30]. По возможности анализи­ровали 20 метафаз.

FISH. Мононуклеары периферической крови (костного мозга) выделяли на градиенте плотности 1,077 раствора Lympho Separation Medium (LSM, “ISN Biomedicals"). При FISH-анализе исследова­ли мононуклеары периферической крови у 48 боль­ных, костного мозга — у одного больного, клетки биоптата лимфоузла — у одного больного. В работе использовали многоцветный зонд: P53(TP53)/ATM and D13S319/13qter/12cen CLL PROFILER Kit (“Aquarius®Cytocell", Великобритания). Для подтвер­ждения перестройки локуса гена тяжелой цепи Ig (14q32) 4 больных использовали ДНК-зонд: Vysis LSI IGH Dual Color, Break Apart Rearrangement Probe (Ab­bott, США). Для подтверждения перестройки локуса гена легкой цепи (2p11) 1 больному выполнено FISH- исследование с ДНК-зондом XL 2p11 IGK BA Break Apart Probe (Metasystems, США).

Статистический анализ. Статистический анализ про - водили с использованием программы для статистиче­ской обработки данных R 3.5.0 (Lucent Technologies, США) и Excel 2016 (Microsoft, США). Для сравнения результатов кариотипирования двух серий культур с DSP30 + IL2 и LPS + TPA применяли парный тест Манна — Уитни. Различия считали статистически значимыми приp < 0,05.

Результаты

В результате культивирования с DSP30 + IL2 СЦИ успешно выполнено 41 (82 %) больному (табл. 1). Аберратный кариотип выявлен у 36 (72 %) больных: у 15 (30 %) из них была найдена одна аберрация, у 8 (16 %) — две и у 13 (26 %) — три или более аберра­ций (комплексные нарушения кариотипа) (рис. 1). Нормальный кариотип выявлен у 5 (10 %) больных, но у 3 из них при FISH-исследовании были выявлены аберрации: у 2 — делеция 13q, у одного — делеция 11q (табл. 3, № 14, 31, 40). В одном случае при отсутствии митозов в культуре с DSP30 + IL2 хромосомные нару­шения были выявлены при культивировании с LPS + TPA (табл. 3, № 48).

При культивировании с LPS + TPA кариотипирова- ние успешно выполнено 38 (83 %) больным (табл. 1). Аберрантный кариотип в культуре с LPS + TPA выявлен только в 16 (35 %) случаях: в 7 (15 %) из них найдена одна аберрация, в 4 (9 %) — две и в 5 (11 %) — комплексные нарушения кариотипа (рис. 1). Нормаль­ный кариотип выявлен у 22 (48 %) больных, но у 14 из них при культивировании с DSP30 + IL2 были вы­явлены аберрации. У 14 (28 %) больных с нормальным кариотипом в культуре с LPS + TPA при культиви­ровании с DSP30 + IL2 выявлены клональные хро­мосомные аберрации: у 4 — комплексные нарушения кариотипа, у 3 — делеция 13q (у одного — с t(13;18) (q14;p11)), у 2 — трисомия 12, у одного — делеция 17p, у одного — делеция 11q и 13q, у одного — делеция 11q, у одного — делеция 6q, у одного — сбалансированная и несбалансированная транслокации с участием хро­мосомы 8 (табл. 3, № 3, 12, 13, 15, 17, 20, 21, 23, 24, 37, 39, 41, 42, 49).

 

Таблица 1. Результаты культивирования опухолевых клеток с DSP30 + IL2 и LPS + TPA у больных ХЛЛ

Table 1. Cultivation of tumour cells with DSP30 + IL2 and LPS + TPA in patients with CLL

Стимуляторы деления

B-cell division stimulators

Количество больных

Number of patients

Наличие митозов, количество больных (%)

Presence of mitoses, number of patients, (%)

Аберрантный кариотип, количество больных (%)

Aberrant karyotype, number of patients (%)

Комплексный кариотип, количество больных (%)

Complex karyotype, number of patients (%)

DSP30 + IL2

50

41 (82)

36 (72)

13 (26)

LPS + TPA

46

38 (83)

16 (35)

5 (11)

 

Таблица 2. Частота хромосомных нарушений, выявленных при культивировании DSP30 + IL2, LPS + TPA и методом FISH у больных ХЛЛ

Table 2. Frequency of chromosomal abnormalities detected by the cultivation of DSP30 + IL2, LPS + TPA and the FISH method in patients with CLL

Хромосомные нарушения

Chromosomal abnormalities

DSP30 + IL2, количество больных (%)

DSP30 + IL2, number of patients (%)

LPS + TPA, количество больных (%)

LPS + TPA, number of patients (%)

FISH, количество больных (%)

FISH, number of patients (%)

del(11)(q22)

13 (26)

6 (13)

17 (34)

Трисомия 12

Trisomy 12

8 (16)

4 (8)

7 (14)

del(13)(q14)

7 (14)

2 (4)

19 (38)

del(17)(p13)

7 (14)

4 (8)

9 (18)

Комплексный кариотип

Complex karyotype

13 (26)

5 (11)

2 (4)

 

Рисунок 1. Частота выявления аберрантного кариотипа методом СЦИ с исполь­зованием двух комбинаций митогенов: DSP30 + IL2 и LPS + TPA у больных ХЛЛ. СЦИ — стандартное цитогенетическое исследование; DSP30 + IL2 — культивирова­ние опухолевых клеток ХЛЛ с олигонуклеотидом DSP30 и с интерлейкином-2; LPS + TPA — культивирование опухолевых клеток ХЛЛ с В-клеточными митогенами LPS и TPA

Figure 1. Frequency of chromosomal aberrations detected by chromosome banding analysis with DSP30 +112 and LPS + TPA in CLL patients. All of 50 CLL cases analyzed by chromosome banding analysis: share of patients showing the presence of chromosome abnormalities and the absence of aberrations and mitosis in culture with DSP30+IL2 com­pared to that with LPS+TPA 

 

У 7 из 14 больных в культуре с LPS + TPA хро­мосомные аберрации были выявлены только в одной из 20 метафаз (неклональные нарушения), при этом в культуре с DSP30 + IL2 они обнаружены в среднем в 60 % метафаз.

Показано достоверное различие между количе­ством метафаз с хромосомными аномалиями, полу­ченными при культивировании с DSP30 + IL2 и LPS + TPA (критерий Вилкоксона, p = 0,000023). При FISH- исследовании хромосомные нарушения были выявле­ны у 41 из 50 больных (82 %): у 32 — одна аберрация, у 7 — 2 аберрации, у 2 — комплексный кариотип.

В группе больных до начала терапии хромосом­ные аберрации выявлены у 21 из 31 (68 %) больного в культуре с DSP30 + IL2 и у 8 (26 %) в культуре с LPS + TPA. Комплексные нарушения кариотипа в культуре с DSP30 + IL2 выявлены в 5 случаях (16 %), в культу­ре с LPS + TPA — в одном случае. В группе больных, получающих терапию, у большинства из которых от­мечалось рецидивирующее и резистентное течение, хромосомные аберрации выявлены у 16 из 19 (84 %) в культуре с DSP30 + IL2 и у 7 (44 %) в культуре LPS + TPA. Комплексные нарушения кариотипа в культуре с DSP30 + IL2 выявлены у 8 (42 %), в культуре с LPS + TPA — у 4 (25 %).

 

Таблица 3. Результаты культивирования с использованием DSP30 + IL2, LPS + TPA и FISH-исследования у больных ХЛЛ

Table 3. Results of chromosome banding analysis using DSP30 + IL2, LPS + TPA and FISH in patients with CLL

DSP30 + IL2

LPS + TPA

FISH

del

13

del

11

tris

12

del

17

1

47,XY, + 12[19]/45,XY,-3[1]

 

-

-

+

-

2

46,XX,del(11)(q22)[11]/46,XX[14]

 

-

+

-

-

3

46,XX, + 12[2]/46,XX[25]

46,XX[5]

-

-

+

-

4

46,XX,t(2;12)(q13;p12-13),del(11)(q22),del(13)
(q14q31)[2]/
47,XX,idem, + mar[12]/47,XX,del(13)(q14q31),
+ mar[1]/
46,XX,del(11)(q22),del(13)(q14q31)[1]/46,XX,del(13)
(q14q31)[1]/46,XX,t(2;12)(q13;p12-13),del(13)
(q14q31)[1]/ 46,XX[2]

47,XX,t(2;12)(q13;p12-13),del(11)(q22),del(13) (q14q31), + mar[2]/46,XX,del(11)(q22),del(13) (q14q31)[1]/46,XX,del(13)(q14q31), + mar[1]/ 46,XX[16]

+

+

-

-

5

46,XY,t(6;14)(p21;q32)[19]/46,XY[1]

46,XY,t(6;14)(p21 ;q32)[19]/46,XY[1]

-

-

-

-

6

41,X,-Y,der(2),add(7)(p21-22),-8,add(8)(p22-23), -9,t(13;21)(q21;q22),-17,add(19)(q13),-22[5]/41,X, -Y,idem,add(1)(p35-36) or t(1;3)(p35-36;p13),-15, + mar[1]

41,X,-Y,der(2),-8,add(8)(p22-23),-9,t(13;21) (q21;q22),-17,add(19)(q13),-22[1]/41,X, -Y,idem,add(7)(p21-22)[4]/36,X,-Y,idem,-3, -4x2,add(7)(p21-22),t(7;11)(q22;p13)-13,- 21[1]/31,X,-Y,idem,inv(1)(p36q21)-3,-4,-6,- 13x2, -16,-18x2,-19,-20[1]/41,X,-Y,idem,del(5) (q33) or t(5;11)(q33;p14),add(7)(p21-22), add(11)(p14)[1]

-

-

-

+

7

46,XY,del(17)(p11)[6]/46,XY,add(17)(p11) [4]/46,XY,t(14;17)(q10;q10)[1]/45,XY,t(3;7 (q10;p10)[1]/46,XY[8]

45,XY,der(12)t(12;17)(q24;q21), -17[7]/46,XY,del(17)(p11)[4]/46,XY,add(17)(p11) [2]/46,XY[7]

-

-

-

+

8

46,XX,del(13)(q11q14)[4]/46,XX[16]

46,XX,del(13)(q11q14)[3]/46,XX[17]

+

-

-

-

9

[0]

46,XX,t(8;16)(q23;q24)[1]/46,XX[19]

+

-

-

-

10

47,XX,t(9;14)(p13;q31-32), + 12[5]/46,XX[5]

47,XX,t(9;14)(p13;q31-32), + 12[4]/46,XX[16]

-

-

+

-

11

[0]

46,XX[6]

-

-

-

-

12

44,XY,del(3)(p22),-8,-11,add(11)(p14),add(16) (q24),add(17)(p13), + mar[cp3]/45,XY,-11,add(17) (p13)[cp4]/44~45,XY,add(4)(?q35),-11,-13,-17, + dic(?13;17),add(17)(p13), del(17)(p13), + mar[cp6]/46,XY[2]

44,XY,-3,-11,add(11)(p13),add(16)(q24),add(17)

(p13)[1]/46,XY[10]

-

-

-

+

13

46,XX,9qh + ,add(11)(q22),del(13)(q14q22)[20]

46,XX,9qh + ,add(11)(q22),del(13)(q14q22) [1]/46,XX[19]

+

+

-

-

14

46,XY,?del(13)(q12q14)x2[1]/46,XY[2]

[0]

+ б

-

-

-

15

45,X,-Y,del(10)(q24),del(11)(q22),add(13)(?q34) [2]/46,XY[28]

45,X,-Y,del(10)(q24),del(11)(q22),add(13)(?q34)[1]/ 46,XY[19]

+ б

+

-

-

16

46,XY,der(16)t(12;16)(q14;q23)[6]/46,XY,del(5) (q15q33)[9]/46,XY[5]

46,XY,der(16)t(12;16)(q14;q23)[18]/46,XY[2]

-

-

-

-

17

46,XY,del(13)(q12q14)[4]/46,XY[16]

45,X,-Y,del(13)(q12q14)[1]/46,XY[19]

+

-

-

-

18

[0]

46,XX[20]

+

-

-

-

19

45,XY,1qh + c?,der(2)x2,add(4)(p15-16),-8[3],del(9) (p21) or ?t(4;9)(p15-16;p21)[cp6]

[0]

-

-

-

-

Продолжение таблицы 3 на с. 27

 

DSP30 + IL2

LPS + TPA

FISH

del

13

del

11

tris

12

del

17

20

46,XX,t(2;14)(p14-15;q31-32),der(7)(p12->q?36::p13- >pter),add(8)(p23),del(11)(q22),-13, + mar or der(13) [9]/46,XX[6]

46,XX[20]

-

+

-

-

21

47,XY,inv(9)(p13q21),del(11)(q22), + 12,t(12;18) (q10;p10)[4]

47,XY,inv(9)(p13q21),del(11)(q22), + 12,t(12;18) (q10;p10)[1]/47,XY,inv(9)(p13q21),

+ 12[1]/46,XY[3]

+

+

+

-

22

44,XY,add(2)(q37),add(7)(q22) or dup(7) (q11q36),del(8)(q22), der(13)t(13;?)(q21;?),del(14)(q21) or mar,-17,-18,-21, + mar[18]/ 44,XY,idem,del(1)(q31)[1]/44,XY,t(11;15) (p15;q22),-15,-20)[1]

44,XY,add(2)(q37),add(7)(q22) or dup(7) (q11q36),del(8)(q22),der(13)t(13;?)(q21;?),del(14) (q21) or mar,-17,-18,-21, + mar[8]/44,XY,der(11) t(11;15)(p15;q22),-15,-20[1]/46,XY,der(2)t(2;11) (q32;q13)[1]/46,XY[10]

-

-

-

+

23

46,XX,del(6)(q22)[19]/46,XX[1]

46,XX[20]

-

-

-

-

24

46,XY,del(6)(q22),add(17)(p13)[13]/46,XY[2]

46,XY[20]

-

-

-

+

25

46,XX,del(11)(q22)[14]/45,XX,-4,add(8)(p23),del(11) (q22),add(15)(p13)[5]/ 45,XX,del(3)(q24-25),add(7)(p22) or t(3;7)(q24-25;

p22),-10[1]

46,XX,del(11)(q22)[4]/45,XX,-4,add(8)(p23),del(11)

(q22),add(15)(p13)[1]/46,XX[15]

-

+

-

-

26

[0]

[0]

-

+

-

-

27

[0]

[0]

-

+

-

-

28

46,XY,del(11)(q22)[14]/46,XY[6]

46,XY,del(11)(q22)[3]/ 46,XY,t(6;13) (p24;q14),del(11)(q22)[1]/ 46,XY[16]

-

+

-

-

29

47,XY, + 12[14]/46,XY[1]

47,XY, + 12[2]/46,XY[8]

+

-

+

-

30

[0]

[0]

+

-

-

-

31

46,XX[8]

46,XX[19]/46,XX,t(7;12)(q22;q24)[1]

-

+

-

-

32

[0]

46,XY[20]

+

-

-

-

33

[0]

46,XX[20]

-

-

-

-

34

46,XY,t(2;7)(q31-32;q36),del(11)(q13)[3]/46,XY[17]

46,XY,t(2;7)(q31-32;q36),del(11)(q13) [2]/47,XY, + mar[1]/45,XY,-13,-14,-20, + mar1 + mar2[1]/46,XY[16]

+

+

-

-

35

46,XY,del(11)(q22)[4]/46,XY,4,del(11)(q22), + r(4) (p10q28)[12]/46,XY,-4[1], del(4)(q26q34)[1],del(7)(q11)[1],der(6)add(p25) del(q14)[1],-7[1],del(7)(q22)[1], del(11)(q22)[6],t(11;13)(p15;q21)[1],add(22)(q13) [1], + r(4)(p10q28)[3], + 2mar[1][cp7]

46,XY,del(11)(q22)[3]/46,XY,-4,del(11)(q22), + r(4) (p10q28)[4]/46,XY,t(1;7)(q32;q36)[1],-2[1], -4[2],der(6)add(p25)del(q14)[1],-7[1],del(11)(q22) [2], + r(4)(p10q28)[2], + 2mar[1][cp3]/46,XY[10]

-

+

-

-

36

46,XY,t(14;19)(q32;q13)[18]/46,XY,del(1)

(p31),t(14;19)(q32;q13)[2]

-

-

-

-

+

37

47,XY, + 12[12]/46,XY[8]

46,XY[20]

-

-

+

-

38

46,XY,del(11)(q22)[11]/46,XY,del(17)(p11-12), -18[6]/45,XY,der(3),-4,del(17)(p11-12),-18, + mar or ?del(4)(q22)[7]/45,XY,add(2)(q37),del(17) (p11-12),-18[2]/44,XY,-3,-16,del(17)(p11-12), -18, + dic[1]/44,XY,-2,-16,del(17)(p11-12),-18,

+ dic[1]/46,XY[2]

46,XY,del(11)(q22)[4]/45,XY,der(3),-4,del(17)(p11-12), -18, + mar or ?del(4)(q22)[3]/46,XY[10]

+ б

+

-

+

Продолжение таблицы 3 на с. 28

DSP30 + IL2

LPS + TPA

FISH

del

13

del

11

tris

12

del

17

39

46,XX,add(8)(q24),t(8;10)(q21;p14-15) [10]/46,XX,del(4)(p14)[2]/46,XX[8]

46,XX[20]

+

+

-

-

40

46,XY[20]

46,XY[20]

+

-

-

-

41

46,XY,del(13)(?q14q34)[3]/46,XY[7]

46,XY,del(13)(?q14q34)[1]/46,XY[9]

+ б

-

-

-

42

46,XY,del(11)(q22)[11]/46,XY[9]

46,XY[20]

-

+

-

-

43

46,XY,del(11)(q22)[4]/46,XY[13]

[0]

-

+

-

-

44

[0]

[0]

+ б

-

-

-

45

45,XY,-17[9]/45,XY,del(6)(q13),-17[4]/44~45,XY, + 3,del(3)(q13),del(3)(p13),del(6)(q13),add(7) (p15),add(9)(p21),?del(13)(q12q21),-13x2,-17,-19, + mar[cp2]/44,XY,del(6)(q22),del(9)(p21),-13,-17[2]/ 42~44,XY,del(1)(q22),-5,-11,-17,-18,-20, + 2mar[cp2]/45,XY,t(9;14)(p13;q31-32)[1]

[0]

-

-

-

+

46

43,X,-Y,-6,der(10)t(6;10)(p14;p21),der(21;22) (q10;q10)[20]

-

-

-

-

-

47

46,XY[9]

46,XY[20]

-

-

-

-

48

46,XY[20]

46,XY,del(1)(q31)[11]/46,XY[9]

-

-

-

-

49

46,XY,t(13;18)(q14;p11),add(15)(q26) [4]/46,XY,del(13)(q14q21)[2]/46,XY[14]

46,XY,del(13)(q14q21)[1]/46,XY[19]

+

-

-

-

50

47,XY, + 12[6]/48,XY, + 5, + 12[9]/47,XY,t(1;4) (?p31;q33-q34), + 12[2]/47,XY, + 12,add(19)(q13) [1]/48,XY, + 12, + mar[1]/48,XY, + 11, + 12[1]

47,XY, + 12[4]/48,XY, + 5, + 12[4]/46,XY[9]

-

-

+

-

Примечание. DSP30 + IL2 — культивирование опухолевых клеток ХЛЛ с олигонуклеотидом DSP30 и с интерлейкином-2; LPS + TPA — культивирование опу­холевых клеток ХЛЛ с В-клеточными митогенами LPS и TPA; FISH — флюоресцентная гибридизация in situ; del 13 — делеция 13q14, б — биаллельная делеция 13q14; del 11 — делеция 11 q22, tris 12 — трисомия хромосомы 12, del 17 — делеция 17р13.

Note. DSP30+IL2 — cultivation of CLL tumour cells with oligonucleotide DSP30 and Interleukin-2; LPS+TPA — cultivation of CLL tumour cells with B-cell mitogens LPS and TPA; FISH — fluorescence in situ hybridization; del 13 — deletion I3ql4, b — biallelic deletion 13q14; del Il — deletion Ilq22, tris 12 — trisomy of chromosome 12, del 17 — deletion 17pl3.

 

Частота выявления комплексного кариотипа в культу­ре с DSP30 + IL2 составила 13 (26 %), в культуре с LPS + TPA — 5 (11 %), методом FISH — 2 (4 %) (табл. 2). Из 13 больных c комплексными нарушениями в культу­ре с DSP30 + IL2 при FISH-исследовании аберрации или не были выявлены (3 случая), или выявлены 1—2 аномалии (8 случаев). Делеция 17p методом FISH опре­делена менее чем у половины больных с комплексными нарушениями кариотипа (5 из 13), у 4 из них изолиро­ванно. У 6 из 8 больных с комплексным кариотипом без делеции 17p обнаружена делеция 11q (табл. 2).

При СЦИ были выявлены различные структурные аберрации, не входящие в стандартную диагностиче­скую панель при FISH-исследовании. В 11 случаях выявлены несбалансированные транслокации, в 6 — сбалансированные транслокации, (в 4 из них — с во­влечением локуса генов IGH/14q32), в 6 — сочетания сбалансированных и несбалансированных трансло­каций. Несбалансированные транслокации в повто­ряющихся точках разрыва хромосом (2q, 7p, 8р, 17p, 15q, 19q) чаще выявлялись в составе комплексного кариотипа — 10 из 17 (59 %) случаев. Среди сбаланси­рованных транслокаций кроме транслокаций с вовле­чением локуса IGH/14q32 выявлены следующие: t(1;4) (?p31;q33-q34), t(2;7)(q31-32;q36), t(2;12)(q13;p12-13), t(12;18)(q10;p10), t(13;18)(q14;p11), t(13;21)(q21;q22), t(14;17)(q10;q10).

В кариотипе у 4 больных выявлены сбалансирован­ные транслокации, затрагивающие локус генов IGH (14q32): t(6;14)(p21;q32), t(9;14)(p13;q31-32), t(2;14)(p14- 15;q31-32), t(14;19)(q32;q13) (табл. 3, № 5, 10, 20, 36). Во всех 4 случаях перестройка локуса генов IGH под­тверждена методом FISH.

У 5 больных выявленные при FISH делеции 13q14, 11q22 и 17p13 по результатам СЦИ сопровождались сбалансированными или несбалансированными транслокациями в этих локусах: у 2 больных в кариотипе выявлены несбалансированные транслокации с вовлечением локусов 11q22 и 17p13 (табл. 3, № 13, 24); у одного больного в разных субклонах выявлены делеция 13q14 и t(13;18) (q14;p11) (табл. 3, № 49); у 2 больных в разных субклонах выявлены различные хромосомные аберрации — делеции, сбалансированные и несбалансированные транслокации с вовлечением локуса 17p13/ТР53 (табл. 3, № 7, 12). У одного больного (табл. 3, № 7) с потерей локуса гена ТР53 по результатам FISH-исследования в двух культурах выявлены различные хромосомные аберрации с участием хромосомы 17: в культуре с DSP30 + IL2 выявлена t(14;17)(q10;q10), в культуре с LPS + TPA — несбалансированная t(12;17)(q24;q21) и моносомия 17. У одного больного с трисомией 12, выявленной при FISH-исследовании, одна из хромосом 12 по результатам СЦИ вовлечена в t(12;18)(q10;p10) (табл. 3, № 21). У одного больного при отсутствии трисомии по результатам FISH в культуре с DSP30 + IL2 выявлена несбалансированная t(12;16)(q14;q23) — случай частичной трисомии 12, то есть наличие дополнительного длинного плеча хромосомы 12, подтвержденное при FISH с использованием ДНК-зонда к локусу гена MDM2/12q15 (табл. 3, № 16).

 

Рисунок 2. Цитогенетическое исследование клеток крови больного ХЛЛ (#46). А — СЦИ с использованием при культивировании DSP30 и IL2. Выявлены комплексные нарушения кариотипа: 43,X,-Y,-6,der(10)t(6;10)(p14;p21),der(21;22)(q10;q10). Б — FISH-исследование с использованием многоцветного зонда к локусам (I) 17p13/TP53 (два красных сигнала), 11q22/ATM (два зеленых сигнала) и (II) 13q14 (два красных сигнала), 13q34/qter (два голубых сигнала) и центромере хромосомы 12 (два зеленых сигнала). Хромосомные нарушения не выявлены

Figure 2. Chromosome banding analysis of peripheral blood cells in a CLL patient (#46). А — CBA was performed using DSP30 and IL2. Karyotyping showed the presence of a complex karyotype: 43,X,-Y,-6,der(10)t(6;10)(p14;p21),der(21;22)(q10;q10). Б — FISH study using multicolor probe to loci (I) 17p13/TP53 (two red signals), 11q22/ATM (two green signals) and (II) 13q14 (two red signals), 13q34/qter (two blue signals) and the centromere of chromosome 12 (two green signals). No chromosomal abnormalities were detected using FISH

 

Выявляемость характерных для ХЛЛ хромосомных нарушений методом FISH, методом СЦИ при культивировании с DSP30 + IL2 и методом СЦИ при культивировании с LPS + TPA составила: для делеции 13q14 — 38 % (10 % — биаллельная делеция), 14 и 13 %; для делеции 11q22 — 34, 26 и 4 %; для трисомии 12 — 14, 16 и 8 %; для делеции 17p13 — 18, 14 и 8 % соответственно. Комплексные нарушения в кариотипе при культивировании с DSP30 + IL2 выявлены у 13 больных (26 %), при культивировании с LPS +
TPA — у 5 больных (11 %) и лишь у 2 больных (4 %) при исследовании методом FISH (табл. 2).

Таким образом, при использовании двух методов исследования, СЦИ и FISH, увеличилась частота выявления хромосомных аберраций. При отсутствии митозов (9 больных) и хромосомных аберраций (5 больных) при кариотипировании DSP30 + IL2 были определены хромосомные аберрации методом FISH у 10 из них: у 6 — делеция 13q, у 3 — делеция 11q, у одного — делеция 17р (табл. 3, № 9, 14, 18, 26, 27, 30, 31, 32, 40, 44). В 9 случаях отсутствия хромосомных нарушений при FISH-исследовании были выявлены хромосомные нарушения: в культуре с DSP30 + IL2 в 5 случаях и в культуре с LPS + TPA в одном случае, среди них комплексные нарушения кариотипа, t(6;14)(p12;q32), делеция 6q, несбалансированная t(12;16)(q14;q23) и делеция 1q (табл. 3, № 5, 16, 19, 23, 33, 46, 48). На рисунке 2 представлен пример комплексного кариотипа, выявленного при культивировании с DSP30 + IL2 (культивирование с LPS + TPA не проводилось из-за малого количества исследуемого материала). При FISH-исследовании у данного больного хромосомные аберрации не выявлены
(табл. 3, № 46).

Обсуждение

СЦИ является важным методом, позволяющим, в отличие от FISH-исследования, анализировать весь кариотип, выявлять диагностические и прогностиче­ски значимые хромосомные нарушения и предостав­ляющим дополнительную информацию о патогенезе опухолевых заболеваний системы крови. Проведение СЦИ у больных ХЛЛ затруднено в связи с низкой митотической активностью опухолевых В-лимфоцитов. CpG-олигонуклеотид DSP30 в сочетании с интерлейкином-2 обладает способностью стимули­ровать к делению опухолевые клетки ХЛЛ. Результа­ты проведенного исследования показали, что эффек­тивность СЦИ у больных ХЛЛ более чем в два раза выше при культивировании с DSP30 и IL2, чем со стандартными В-клеточными митогенами LPS и TPA: аберрантный кариотип выявлен у 36 (72 %) и 16 (35 %) больных соответственно.

Следует отметить, что у 14 больных (28 %) хромосом­ные аберрации были обнаружены только в культуре с DSP30 + IL2, в то время как в культуре с LPS + TPAу 7 из 14 выявлен нормальный кариотип и еще у 7 некло­нальные нарушения, то есть хромосомные аберрации выявлены в одной из 20 метафаз. При этом при культи­вировании с DSP30 + IL2 хромосомные перестройки были выявлены в среднем в 60 % метафаз, что подтвер­ждало клональную природу хромосомных аберраций. В настоящем исследовании показано достоверное раз­личие между количеством метафаз с хромосомными аномалиями, полученными при культивировании с DSP30 + IL2 и LPS + TPA.

Комплексный кариотип является неблагоприятным фактором прогноза у больных ХЛЛ. Согласно дан­ным литературы, комплексный кариотип сохраняет неблагоприятное прогностическое значение у больных ХЛЛ, получающих как стандартную химиотерапию, так и терапию новыми препаратами таргетного дей­ствия, такими как ибрутиниб и венетоклакс [14, 22]. Описано, что комплексные нарушения кариотипа коррелируют с коротким временем до начала терапии и низкой общей выживаемостью [24]. В настоящем исследовании сравнение результатов кариотипирования и FISH-анализа показало наибольшую выявляе- мость комплексного кариотипа при культивировании с DSP30 + IL2 — 13 (26 %) случаев, что в два раза пре­вышает частоту выявления в культуре с LPS + TPA — у 5 (13 %) и методом FISH — у 2 (4 %) больных. Частота выявления комплексного кариотипа при кариотипировании с DSP30 + IL2 в группе больных, получающих терапию, у которых было резистентное и рецидивиру­ющее течение заболевания, и в группе больных до на­чала терапии составила 84 и 16 % соответственно.

В литературе описана взаимосвязь комплексных на­рушений кариотипа и делеции 17p и 11q [15, 23]. Имен­но с данной корреляцией многие исследователи свя­зывают неблагоприятное прогностическое значение комплексных нарушений кариотипа [4, 15, 31]. Однако в работах Thompson и соавт. [14] и Rigolin и соавт. [24] показано, что вне зависимости от наличия делеции 17р комплексный кариотип является независимым неблаго­приятным фактором прогноза. В проведенном нами ис­следовании делеция 17p методом FISH была определена у 5 (38,5 %) из 13 больных с комплексным кариотипом. В 5 из 8 случаев с комплексными нарушениями без де­леции 17p в кариотипе присутствовала делеция 11q.

Ряд исследователей выделяет в отдельную группу риска больных ХЛЛ с выявленными при кариотипи- ровании транслокациями [15, 23, 24]. В работе Mayr и соавт. [25] впервые было показано, что наличие лю­бых транслокаций имеет неблагоприятное значение при ХЛЛ. Несбалансированные транслокации мо­гут быть выявлены в составе комплексного кариотипа в 35—73 % случаев [15, 24]. В нашем исследовании наиболее часто несбалансированные транслокации в повторяющихся точках разрыва хромосом (2q, 7p, 8р, 17p, 15q, 19q) выявлялись в составе комплексного кариотипа — у 10 из 17 (59 %). В ряде исследований показано, что наличие несбалансированных перестроек в составе комплексного кариотипа связано с укороче­нием времени до начала терапии и низкой общей вы­живаемостью [15, 24].

Среди сбалансированных транслокаций у 4 больных выявлены транслокации, затрагивающие локус генов IGH (14q32): t(6; 14)(p21;q32), t(9;14)(p13;q31-32), t(2;14) (p14-15;q31-32), t(14;19)(q32;q13), что подтверждено ме­тодом FISH с использованием зонда к локусу генов IGH. По данным литературы, транслокации с вовле­чением локуса генов IgH встречаются в 5—7 % случаев ХЛЛ и ассоциируются с неблагоприятным прогнозом [4, 26, 27].

В данной работе показано, что выявляемые при FISH делеции 13q14, 11q22, 17p13 могут в отдельных случа­ях сопровождаться при СЦИ сбалансированными или несбалансированными транслокациями в этих локусах, что согласуется с данными других авторов [4, 15]. Были выявлены делеция 13q и t(13;18)(q14;p11) в разных субклонах, несбалансированные транслока­ции с вовлечением локусов 11q22 и 17p13, различные хромосомные аберрации — делеции, сбалансирован­ные или несбалансированные транслокации с вовле­чением локуса 17p13/TP53. Возможно, что все случаи объединяет схожее развитие клональной эволюции: возникновение в исходном клоне делеции, затем в ходе опухолевой прогрессии образование субклонов со сба­лансированными и несбалансированными транслока­циями в известной точке разрыва хромосомы и в це­лом нарастание геномной нестабильности.

Частичная трисомия хромосомы 12 в виде несба­лансированной транслокации t(12;16)(q14;q23) была определена только при культивировании ввиду того, что в набор для проведения FISH-исследования включена проба, которая представляет собой ДН- К-зонд к центромерному региону хромосомы 12. Для подтверждения частичной трисомии хромосо­мы 12 мы использовали ДНК-зонд к локусу гена MDM2/12q15. В литературе описано, что трисомия хромосомы 12 может быть представлена как в виде полной, так и в виде частичной трисомии [8, 32].

Определен минимальный участок дупликации — регион q13q22, в котором ведется поиск генов-кан­дидатов, предположительно среди них HIP1R, MYF6, ANAPC5, E2F1, BAX, P27, CDK4 и ген MDM-2 [33-35].

Считается, что нет отличия в прогностическом значе­нии полной и частичной трисомии ввиду того, что частичная трисомия происходит за счет дупликации региона q13q22 хромосомы 12 [8].

Результаты СЦИ и FISH различаются по частоте выявленных хромосомных аномалий. В настоящем исследовании наиболее часто встречающейся хромосомной аберрацией по результатам FISH- исследования была делеция 13q14, которая выявлена в 19 (38 %) случаев, из них в 5 — биаллельная деле­ция. При СЦИ делеция 13q была определена только у 7 (14 %) пациентов в культуре с DSP30 + IL2 и у 2 (4 %) — в культуре с LPS + TPA. Описано, что де­леция 13q14 более чем в половине случаев является субмикроскопической и не определяется при СЦИ [13, 36, 37]. Полученные данные согласуются с ре­зультатами других исследований: делеция 13q была определена при СЦИ с использованием DSP30 + IL2 менее чем в половине случаев по сравнению с частотой выявления методом FISH (14 и 38 % соответственно). По данным литературы, у больных ХЛЛ до начала терапии делеция 13q14 при FISH- анализе выявляется в 55-57 % [4, 5].

В проведенном исследовании частота выявления де- леции 11q в культуре DSP30 + IL2, LPS + TPA и мето­дом FISH составила 13 (26 %), 6 (13 %) и 17 (34 %). Со­гласно литературным данным, делеция 11q на момент диагностики определяется у 12-19 % больных ХЛЛ методом FISH [4, 5, 9]. Можно предположить, что бо­лее низкая выявляемость делеции 13q и более высокая частота делеции 11q связана с включением в исследо­вание больных с прогрессией и рефрактерным тече­нием заболевания, которые характерны для больных с делецией 11q и не свойственны для больных с делецией 13q. По данным FISH, делеция 11q выявлена у 37 % (7 из 19) больных с рецидивирующим и рефрактерным течением, из них у 3 — в составе комплексного кариотипа. На момент диагностики делеция 11q определя­лась у 23 % (7 из 31) больных ХЛЛ.

Таким образом, при совместном использовании двух методов исследования, СЦИ и FISH, значительно уве­личивается частота выявления хромосомных аберра­ций. Выполнение СЦИ с использованием при культи­вировании DSP30 и IL2 не заменяет FISH, но является необходимым методом исследования, позволяющим выявлять дополнительные хромосомные аберрации, в том числе транслокации и, что особенно важно, выделять группу больных самого неблагоприятного прогноза ХЛЛ с комплексными нарушениями для разработки терапевтической тактики.

Список литературы

1. Hallek M., Cheson B.D., Catovsky D., et al. iwCLL guidelines for diagnosis, indications for treatment, response assessment, and supportive management of CLL. Blood. 2018; 131: 2745–60. DOI: 10.1182/blood-2017-09-806398

2. Российские клинические рекомендации по диагностике и лечению лимфопролиферативных заболеваний. Под ред. И.В. Поддубной, В.Г. Савченко. М., 2018: 179–200.

3. Binet J.L., Auquier A., Dighiero G.. et al. A new prognostic classification of chronic lymphocytic leukemia derived from a multivariate survival analysis. Cancer. 1981; 48: 198–206. DOI: 10.1002/1097-0142(19810701)48:1 < 198::AID-CNCR2820480131>3.0.CO;2-V

4. Haferlach C., Dicker F., Schnittger S., et al. Comprehensive genetic characterization of CLL: A study on 506 cases analysed with chromosome banding analysis, interphase FISH, IgVHstatus and immunophenotyping. Leukemia. 2007; 21: 2442–51. DOI: 10.1038/sj.leu.2404935

5. Döhner H., Stilgenbauer S., Benner A., et al. Genomic aberrations and survival in chronic lymphocytic leukemia. N Engl J Med. 2000; 343: 1910–6. DOI: 10.1056/NEJM200012283432602

6. Van Dyke D.L., Werner L., Rassenti L.Z., et al. The Dohner fluorescence in situ hybridization prognostic classification of chronic lymphocytic leukaemia (CLL): the CLL Research Consortium experience. Br J Haematol. 2016; 173: 105–13. DOI: 10.1111/bjh.13933

7. Gahrton G., Robert K.H., Friberg K., et al. Nonrandom chromosomal aberrations in chronic lymphocytic leukemia revealed by polyclonal B-cell-mitogen stimulation. Blood. 1980; 56: 640–7.

8. Juliusson G., Oscier D.G., Fitchett M., et al. Prognostic Subgroups in B-Cell Chronic Lymphocytic Leukemia Defined by Specific Chromosomal Abnormalities. N Engl J Med. 1990; 323: 720–4. DOI: 10.1056/NEJM199009133231105

9. Захарова А.И., Обухова Т.Н., Лорие Ю.Ю. и др. Цитогенетические нарушения при хроническом В-клеточном лимфолейкозе и их связь с клиникобиологическими особенностями и прогнозом заболевания. Терапевичский Архив. 2006; 78: 57–62.

10. Decker T., Schneller F., Sparwasser T., et al. Immunostimulatory CpG-oligonucleotides cause proliferation, cytokine production, and an immunogenic phenotype in chronic lymphocytic leukemia B cells. Blood. 2000; 95(3): 999–1005.

11. Burger J.A. Nurture versus nature: the microenvironment in chronic lymphocytic leukemia. Hematol Am Soc. Hematol Educ Progr. 2011; 96–103. DOI: 10.1182/ asheducation-2011.1.96

12. Decker T., Schneller F., Kronschnabl M., et al. Immunostimulatory CpG-oligonucleotides induce functional high affinity IL-2 receptors on B-CLL cells: Costimulation with IL-2 results in a highly immunogenic phenotype. Exp Hematol. 2000; 28: 558–68. DOI: 10.1016/S0301-472X(00)00144-2

13. Dicker F., Schnittger S., Haferlach T., et al. Immunostimulatory oligonucleotide-induced metaphase cytogenetics detect chromosomal aberrations in 80 % of CLL patients: A study of 132 CLL cases with correlation to FISH, IgVH status, and CD38 expression. Blood. 2006. Nov 1;108(9):3152-60. DOI: 10.1182/ blood-2006-02-005322

14. Baliakas P., Iskas M., Gardiner A., et al. Chromosomal translocations and karyotype complexity in chronic lymphocytic leukemia: a systematic reappraisal of classic cytogenetic data. Am J Hematol. 2014; 89: 249–55. DOI: 10.1002/ajh.23618

15. Döhner H., Fischer K., Bentz M., et al. p53 Gene Deletion Predicts for Poor Survival and Non-Response to Therapy With Purine Analogs in Chronic B-Cell Leukemias. Blood. 1995; 85: 1580–9.

16. Gonzalez D., Martinez P., Wade R., et al. Mutational status of the TP53 gene as a predictor of response and survival in patients with chronic lymphocytic leukemia: results from the LRF CLL4 trial. J Clin Oncol. 2011; 29: 2223–9. DOI: 10.1200/JCO.2010.32.0838

17. Zenz T., Habe S., Denzel T., et al. Detailed analysis of p53 pathway defects in fludarabine-refractory chronic lymphocytic leukemia (CLL): dissecting the contribution of 17p deletion, TP53 mutation, p53-p21 dysfunction, and miR34a in a prospective clinical trial. Blood. 2009; 114: 2589–97. DOI: 10.1182/ blood-2009-05-224071

18. Stilgenbauer S., Eichhorst B., Schetelig J., et al. Venetoclax for Patients With Chronic Lymphocytic Leukemia With 17p Deletion: Results From the Full Population of a Phase II Pivotal Trial. J Clin Oncol. 2018; 36: 1973–80. DOI: 10.1200/ JCO.2017.76.6840

19. Byrd J.C., Furman R.R., Coutre S.E., et al. Targeting BTK with ibrutinib in relapsed chronic lymphocytic leukemia. N Engl J Med. 2013; 369: 32–42. DOI: 10.1056/NEJMoa1215637

20. O’Brien S., Jones J.A., Coutre S.E., et al. Ibrutinib for patients with relapsed or refractory chronic lymphocytic leukaemia with 17p deletion (RESONATE-17): a phase 2, open-label, multicentre study. Lancet Oncol. 2016; 17: 1409–18. DOI: 10.1016/S1470-2045(16)30212-1

21. Anderson M.A., Tam C., Lew T.E., et al. Clinicopathological features and outcomes of progression of CLL on the BCL2 inhibitor venetoclax. Blood. 2017; 129: 3362–70. DOI: 10.1182/blood-2017-01-763003

22. Dicker F., Herholz H., Schnittger S., et al. The detection of TP53 mutations in chronic lymphocytic leukemia independently predicts rapid disease progression and is highly correlated with a complex aberrant karyotype. Leukemia. 2009; 23: 117–24. DOI: 10.1038/leu.2008.274

23. Rigolin G.M., Saccenti E., Guardalben E., et al. In chronic lymphocytic leukaemia with complex karyotype, major structural abnormalities identify a subset of patients with inferior outcome and distinct biological characteristics. Br J Haematol. 2018; 181: 229–33. DOI: 10.1111/bjh.15174

24. Mayr C., Speicher M.R., Kofler D.M., et al. Chromosomal translocations are associated with poor prognosis in chronic lymphocytic leukemia. Blood. 2006; 107: 742–51. DOI: 10.1182/blood-2005-05-2093

25. Cavazzini F., Hernandez J.A., Gozzetti A., et al. Chromosome 14q32 translocations involving the immunoglobulin heavy chain locus in chronic lymphocytic leukaemia identify a disease subset with poor prognosis. Br J Haematol. 2008. DOI: 10.1111/j.1365-2141.2008.07227.x

26. Satterwhite E., Sonoki T., Willis T.G., et al. The BCL11 gene family: involvement of BCL11A in lymphoid malignancies. Blood. 2001; 98: 3413–20.

27. Iida S., Rao P.H., Ueda R., et al. Chromosomal Rearrangement of the PAX-5 Locus in Lymphoplasmacytic Lymphoma with t(9; 14) (p13; q32). Leuk Lymphoma. 1999; 34: 25–33. DOI: 10.3109/10428199909083377

28. Seabright M. A rapid banding technique for human chromosomes. Lancet (London, England). 1971; 2: 971–2.

29. An International System for Human Cytogenetic Nomenclature. McGowanJordan J., Simons A., Schmid M. (eds). Basel: Karger; 2016.

30. Jaglowski S.M., Ruppert A.S., Heerema N.A., et al. Complex karyotype predicts for inferior outcomes following reduced-intensity conditioning allogeneic transplant for chronic lymphocytic leukaemia. Br J Haematol. 2012; 159: 82–7. DOI: 10.1111/j.1365-2141.2012.09239.x

31. Bird M.L., Ueshima Y., Rowley J.D. Chromosome abnormalities in B cell chronic lymphocytic leukemia and their clinical correlations. Leukemia. 1989; 3: 182–91.

32. Haslinger C., Schweifer N., Stilgenbauer S., et al. Microarray gene expression profiling of B-cell chronic lymphocytic leukemia subgroups defined by genomic aberrations and VH mutation status. J Clin Oncol. 2004; 22: 3937–49. DOI: 10.1200/JCO.2004.12.133

33. Porpaczy E., Bilban M., Heinze G., et al. Gene expression signature of chronic lymphocytic leukaemia with Trisomy 12. Eur J Clin Invest. 2009; 39: 568– 75. DOI: 10.1111/j.1365-2362.2009.02146.x

34. Kienle D.L., Korz C., Hosch B., et al. Evidence for distinct pathomechanisms in genetic subgroups of chronic lymphocytic leukemia revealed by quantitative expression analysis of cell cycle, activation, and apoptosis-associated genes. J Clin Oncol. 2005; 23: 3780–92. DOI: 10.1200/JCO.2005.02.568

35. Karakosta M., Manola K.N. The parallel application of karyotype interphase and metaphase FISH after DSP-30/IL-2 stimulation is necessary for the investigation of chronic lymphocytic leukemia. Hematology. 2016; 21: 526–35. DOI: 10.1080/10245332.2015.1110948

36. Shi M., Cipollini M.J., Crowley-Bish P.A., et al. Improved detection rate of cytogenetic abnormalities in chronic lymphocytic leukemia and other mature B-cell neoplasms with use of CpG-oligonucleotide DSP30 and interleukin 2 stimulation. Am J Clin Pathol. 2013; 139: 662–9. DOI: 10.1309/AJCP7G4VMYZJQVFI


Об авторах

М. А. Кислицына
ФГБУ «Национальный исследовательский центр гематологии» Министерства здравоохранения Российской Федерации
Россия
Кислицына Мария Анатольевна, врач клинической лабораторной диагностики лаборатории кариологии, аспирант лаборатории кариологии


Т. Н. Обухова
ФГБУ «Национальный исследовательский центр гематологии» Министерства здравоохранения Российской Федерации
Россия
Обухова Татьяна Никифоровна, кандидат медицинских наук, заведующая лабораторией кариологии


Г. А. Алимова
ФГБУ «Национальный исследовательский центр гематологии» Министерства здравоохранения Российской Федерации
Россия
Алимова Галина Анатольевна, врач — лабораторный генетик лаборатории кариологии


Л. А. Шишигина
ФГБУ «Национальный исследовательский центр гематологии» Министерства здравоохранения Российской Федерации
Россия
Шишигина Любовь Александровна, специалист по молекулярной биологии лаборатории кариологии


Л. А. Гребенюк
ФГБУ «Национальный исследовательский центр гематологии» Министерства здравоохранения Российской Федерации
Россия
Гребенюк Любовь Алексеевна, специалист по молекулярной биологии лаборатории кариологии


Т. В. Абрамова
ФГБУ «Национальный исследовательский центр гематологии» Министерства здравоохранения Российской Федерации
Россия
Абрамова Татьяна Валерьевна, кандидат медицинских наук, врач клинической лабораторной диагностики лаборатории кариологии


С. Р. Горячева
ФГБУ «Национальный исследовательский центр гематологии» Министерства здравоохранения Российской Федерации
Россия
Горячева Светлана Рудольфовна, кандидат медицинских наук, врач-гематолог консультативного гематологического отделения с дневным стационаром по проведению интенсивной высокодозной химиотерапии


Т. Н. Моисеева
ФГБУ «Национальный исследовательский центр гематологии» Министерства здравоохранения Российской Федерации
Россия
Моисеева Татьяна Николаевна, кандидат медицинских наук, заведующая консультативным гематологическим отделением с дневным стационаром по проведению интенсивной высокодозной химиотерапии


Для цитирования:


Кислицына М.А., Обухова Т.Н., Алимова Г.А., Шишигина Л.А., Гребенюк Л.А., Абрамова Т.В., Горячева С.Р., Моисеева Т.Н. ЭФФЕКТИВНОСТЬ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ОЛИГОНУКЛЕОТИДА DSP30 В СОЧЕТАНИИ С ИНТЕРЛЕЙКИНОМ-2 ДЛЯ ВЫЯВЛЕНИЯ ХРОМОСОМНЫХ АБЕРРАЦИЙ У БОЛЬНЫХ ХРОНИЧЕСКИМ ЛИМФОЛЕЙКОЗОМ. Гематология и трансфузиология. 2019;64(1):21-34. https://doi.org/10.35754/0234-5730-2019-64-1-21-34

For citation:


Kislitsyna M.A., Obukhova T.N., Alimova G.A., Shishigina L.A., Grebenyuk L.A., Abramova T.V., Goryacheva S.R., Moiseeva T.N. EFFICACY OF OLIGONUCLEOTIDE DSP30 IN COMBINATION WITH INTERLEUKIN-2 FOR THE DETECTION OF CHROMOSOMAL ABERRATIONS IN PATIENTS WITH CHRONIC LYMPHOCYTIC LEUKEMIA. Russian journal of hematology and transfusiology. 2019;64(1):21-34. (In Russ.) https://doi.org/10.35754/0234-5730-2019-64-1-21-34

Просмотров: 737


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 0234-5730 (Print)
ISSN 2411-3042 (Online)